Жизнь других: репортаж из инвалидной коляски

В Латвии примерно 3 тысячи инвалидов-колясочников. «Примерно» — потому, что более точными данными Министерство благосостояния не располагает. На улицах их почти не видно: кажется, что они не хотят выходить из дома из-за каких-то комплексов.

Но, может быть, им просто некуда выходить, потому что латвийская реальность не приспособлена к их особым нуждам? Я села в коляску, запретив себе думать, что ноги мои целы и невредимы. На три часа я превратилась в инвалида.

Улицы. Переход в никуда

Кр.Валдемара — обычная рижская улица. Тротуары, магазинчики, заманчиво пустые кафе. Неумело крутя колеса, я отправляюсь в сторону центра. (Голубая юбка вмиг испачкалась. Говорят, есть спецодежда, но в Латвии ее не купить.) Жарко, пыльно, от непривычной нагрузки хочется пить. Но все магазины за гранью моих — человека в коляске — возможностей: то порог слишком высок, то непреодолимые ступеньки. Пересечение проезжей части ответственно и сложно. Приходится заранее продумывать маршрут, издалека оценивая скаты. Этот город создан для здоровых.

«Знаете, мне иногда вообще непонятно, зачем так строят дороги, для чего сооружают ступеньки, ведь без всего этого можно обойтись. Вот почему бы не строить пандусы? Ведь они удобны всем. Да, будьте осторожны — если не рассчитаете свои возможности, упадете лицом вниз», — перед поездкой напутствовал меня Айгар, который уже много лет передвигается в коляске. С ним мы познакомились в обществе поддержки инвалидов Apeirons, благодаря которому и состоялся этот репортаж.

…Пешеходный переход с резиновым пандусом на набережной неподалеку от Рижского замка. Съехать просто, а вот наверх — никак (возможно, причина в моей неопытности, но рисковать не хочется). Его, очевидно, строили, чтобы инвалиды могли спуститься к Даугаве отдохнуть. Переход, однако, ведет в никуда, постепенно превращаясь в крутые ступеньки. Я пробую пробраться к реке по газону. Тщетно: берег отделен подлым бордюром — хоть и маленьким, но совершенно непреодолимым.

Подземка. Путь к суициду

У Каменного моста к трамвайным остановкам ведет переход, ныряющий под набережную. Лестница оснащена парой металлических рельсов — то ли для колясок, то ли для чемоданов на колесиках. Эта «колея» крута невероятно. Айгар предупреждал, вспоминаю я, спуск по такому сооружению грозит летальным исходом. Останавливаю коляску в начале «трассы». Задумываюсь: моросит дождь, значит, железо еще и скользкое. Народ у нас отзывчивый: ко мне подходят пожилые мужчины и женщины, девушки и парни. Все предлагают помощь. На мое боязливое: «А вы умеете? А вы меня не уроните?» — смущенно улыбаются. И уходят.

Любимый туристами Старый город, как и говорил Айгар, для меня — закрытая зона. По мостовой передвигаться очень сложно: передние колеса застревают между булыжниками, а тротуары слишком высокие — не заехать.

Еще один подземный переход — соединяющий Старую Ригу и автовокзал. Я снова останавливаюсь и принимаюсь ждать. Желающих помочь много, умеющих — ни одного. Вежливо отнекиваюсь, пока один мужчина не оказывается таким настойчивым, что становится неудобно. Соглашаюсь на спуск, несмотря на страх: а вдруг уронит, разобьюсь ведь…

Вокзал. Только на Юрмалу

Здание вокзала и примыкающего торгового центра отлично обустроены. Никаких порогов, есть лифт, доступный туалет. Но все это не имеет смысла, когда человек в инвалидной коляске может подняться только на третий перрон (единственный оборудованный подъемником). Отсюда отправляются юрмальские электрички. Хотя как забраться в вагон — пока неизвестно. Коляску со мной закатывают на тот самый подъемник и закрепляют. Нажав белую кнопку, я плыву вверх.

На перроне Айгар испытывает оборудование, позволяющее колясочнику попасть в вагон. Предприятие Pasa?ieru vilciens еще не закончило процедуру закупок, не выбрало, какие подъемники лучше, но прогресс есть — Айгар впервые за 19 лет оказывается в электричке. Планируется, что установки будут доступны во всех больших городах страны и на трех станциях юрмальской ветки. Правда, о необходимости подъемника придется предупреждать за 48 часов. Чтобы сорваться к морю под настроение, по-прежнему будут нужны ноги или машина.

Транспорт. Шоферы — хорошие

Неспешно подруливаю к автобусной остановке у Stockmann. Заприметив меня, водитель 10-го автобуса выскакивает, опускает маленький пандус и без происшествий вкатывает коляску в салон. «Ну, держитесь, поехали!»

На следующей остановке я выхожу — с помощью опять же любезного шофера и пассажира.

Люди. Не бойтесь, я смогу!

На перекрестке у Кабинета министров два припаркованных роскошных джипа перегородили съезд на проезжую часть, и я оказываюсь в блокаде. Фотограф Марис отходит подальше, готовится незаметно запечатлеть очередного отзывчивого человека (а что он появится, мы уже не сомневались). Я пыхчу, кручусь, маневрирую — все безрезультатно. И вдруг рядом тормозит черный Porsche, на тротуар выпрыгивает мужчина и бросается ко мне с криком: «Девушка, милая, я вам помогу! Не бойтесь. Я смогу!» Буквально переносит меня на дорогу, спрашивает, не нужна ли мне еще какая-нибудь помощь, и возвращается на пассажирское сиденье.

А вот и цветочный базарчик. Терпкий запах ландышей наконец-то перебивает аромат из кондитерской на углу Бривибас и Меркеля. К тамошней выпечке попасть мне не удалось — «спасибо» очередному бестолковому порогу.

Город. Эпилог

Из инвалидной коляски город кажется огромным и чужим. Чувствуешь себя зависимым от обстоятельств: «А вдруг никто не поможет? А если что-то случится?» И хотя общество настроено благожелательно, проблема остается — помогать умеет не каждый.

Люди, предлагая помощь, стараются не смотреть в глаза. Может, им неловко за свое благополучие и здоровье, так же, как бывало неловко и мне. Но теперь я знаю, как это — быть инвалидом в столице. Я встала на ноги и с трудом сдержала слезы — я умею ходить!

P.S. Автор приносит свои извинения всем, кого вынужденно обманула в ходе подготовки этого репортажа.

Полный фотоотчет об этом журналистском эксперименте — здесь.

http://www.telegraf.lv/