Тула против инвалидов


Когда поход за хлебом в магазин становится испытанием на выносливость и мужество – осознать это большинству из нас невозможно. Вероятно, именно в этом одна из причин непростительного равнодушия к проблемам людей с ограниченными возможностями. И приспособления, облегчающие инвалидам жизнь, в  нашем городе встречаются по­прежнему редко…
В этом убедились корреспонденты «МК в Туле» вместе с тульским юристом, инвалидом детства Вячеславом Егоровым.
Отсутствие пандусов – законно?
В последние годы в нашей стране на разных уровнях поднимается вопрос о создании безбарьерной среды для людей с ограниченными возможностями. Увы, пока в большинстве случаев все ограничивается либо красивыми обещаниями, либо кнопками вызова фармацевта у аптек, либо формальным добавлением пандусов, которые чаще всего упираются в высокий порог перед дверью или в дверь с ужасно настроенным доводчиком, побороть которую человек в коляске не в силах. В новых торговых центрах, где все должно быть заложено на уровне проекта, отсутствуют или всегда заняты парковочные места для инвалидов, специально оборудованные туалеты либо закрываются, либо превращаются в подсобки, а лифты отключаются, оставляя только эскалаторы.
…Вячеслав Егоров – практикующий юрист. При этом он  инвалид детства, диагноз – ДЦП. Это, конечно, создает ему массу проблем как в работе, так и в быту. Все эти беды (трудности самостоятельного передвижения, обслуживания самого себя, затрудненная речь) известны каждому, кто напрямую или косвенно сталкивался с этим тяжелым заболеванием.
«Все, что нас не убивает,  делает нас сильней» – по этому принципу и живет 30­летний юрист Егоров. Жаловаться некогда – жизнь есть жизнь, работа есть работа.
Тем не менее «МК в Туле» попросил Вячеслава все­таки рассказать о своих проблемах – чтобы читатели нашей газеты, а также те, в чьих силах изменить что­то к лучшему, могли бы посмотреть на наш «комфортный» город Тулу глазами человека с ограниченными возможностями.
В марте этого года юрист Егоров приезжал в Тульский облсуд, где рассматривалась кассационная жалоба его подзащитных. Дело непростое – разведенная молодая семья никак не может «поделить» ребенка. Но непростой была и дорога в облсуд. Егоров живет в поселке Первомайском Щекинского района, квартирует комнату в специализированном интернате.  Вячеслав передвигается самостоятельно, но только по ровной поверхности. Из­за его гиперкинезов (то есть непроизвольных, малоконтролируемых движений конечностей при различных формах поражения нервной системы) подниматься по лестнице и спускаться – проблематично. Ему нужна нехитрая помощь–поддержка.
– Главная проблема для меня – это ступеньки в зданиях, – рассказывает Егоров, – и эта проблема возникает почти во всех учреждениях. Даже в родном Первомайском, где все знают о нашем интернате, нигде нет пандусов – ни в магазинах, ни в банках, просто нигде. Только у нас в интернате…
Подняться по крутым ступенькам Тульского областного суда юристу помог психолог из интерната и отзывчивый таксист. Когда пришла пора возвращаться, спуститься помог сердобольный охранник из суда.
Егоров рассказывает, что еще в далеком 2002 году, когда брал интервью по журналистским делам у преподавателя из МГУ, даже в таком престижном вузе международного значения не было ни пандусов, ни лифтов для инвалидов. Изменилось ли что­то с тех пор в МГУ – мы выяснять сейчас не будем.
Но то, что в Туле многие годы все остается по­старому – неоспоримый факт. А ведь любое госучреждение должно было бы позаботиться о том, чтобы инвалиды не были вынуждены унижаться и просить, чтобы их подняли или спустили по лестнице.
– Кстати, отсутствие пандусов и других сооружений  сегодня абсолютно законно, – говорит юрист Егоров, – и в Градостроительном кодексе РФ 2004 года были статьи о пандусах и сооружениях. А из нового кодекса эти статьи убрали. Почему? Вопрос не ко мне, а к Государственной Думе РФ.
«Коляски­-внедорожники»
Следующий проблемный этап – дороги. Кажется, пока даже в разработке нет инвалидных колясок­внедорожников, по крайней мере никто о них ничего не слышал. В разработке нет не потому, что сделать не могут. Могут. Просто в тех странах, где изготавливаются самые новые и самые современные инвалидные коляски, нет таких дорог, как  в Туле.
– Перемещаясь до дорогам, вернее по ямам и колдобинам,  можно запросто свалиться с коляски, – говорит Вячеслав Егоров, – а что касается всего остального… Если человек на коляске, то, как и автомобили, – соблюдай ППД и езжай себе.
Далее – общественный транспорт. Говорилось много по поводу того, что в автобусах должны появиться минипандусы для заезда инвалидных колясок, но разговорами дело и закончилось.
– Я много ездил в российском общественном транспорте, – улыбается  Егоров, – и в метро, и в электричках, и в поездах дальнего следования. Также в трамваях. Лично мне сложнее всего было забираться в автобус, но это лично мне. Ступеньки высокие, и моим рукам мешает поручень. А так – особых проблем не возникало только потому, что я всегда ездил с родителями. Сейчас в основном передвигаюсь на такси. И все равно  стараюсь с  провожатым…
Вячеслав считает: кроме того что общественный транспорт должен быть оборудован выдвижными пандусами, необходимо создавать специализированный социальный автопарк для инвалидов.
– Функционировать такой автопарк должен отлаженно, сбалансированно, – говорит Егоров, – должны быть определены четкие часы, в которые такой транспорт будет ходить. Каждое транспортное средство должно быть оборудовано телефоном. И в каждом салоне – обязательно присутствовать люди с медицинским образованием, потому что инвалид – это особая категория граждан. Ему может стать плохо в салоне, могут возникнуть еще какие­то проблемы со здоровьем. Водитель далеко не всегда сможет помочь, так как это всего лишь человек, который управляет транспортом. Он не справится с этим. Но у нас в России, кажется, такого нет нигде. Я не слышал.
Есть еще один нюанс – это наши тесные тульские квартиры, в которых колясочнику передвигаться ой  как непросто. Впрочем, Егоров знает об этой проблеме со слов других людей. Сам он, как мы уже сказали, живет в интернате.
И, конечно, отдельным пунктом можно выделить эскалаторы. Егоров ездил в московском метро с сопровождающим, но Вячеслав ведь способен передвигаться без коляски. На колясках же в метро людей не бывает вообще. Тула, конечно, не Москва, и именно эта проблема, может быть, стоит еще пока у нас  не так остро. Но эскалаторы в больших торговых центрах для тульских инвалидов­колясочников – такая же непреодолимая вершина.
И, наконец,  еще  одна проблема жизни инвалида в нашем городе, о которой и не подумаешь сразу, – это человеческий фактор. Отношение к людям с ограниченными возможностями часто совсем нечеловеческое. Вячеслав Егоров рассказывает, что раньше вообще в этом смысле была беда – вместо того чтобы уступить место, на инвалида в общественном месте или в транспорте смотрели волком. Сейчас злобы стало поменьше,  но все равно еще есть… И это очень огорчает Егорова.
Печальные выводы
Тула не приспособлена для жизни инвалидов. Ни о  какой безбарьерной среде обитания и речи сегодня идти не может.
Что ходить вокруг да около? Зайти в магазин  для тульского инвалида – проблема. Попасть в транспорт – тоже. Посетить больницу – как повезет. Вот и получается, что мир человека с ограниченными возможностями порой сужается до размеров собственной квартиры. Остается только утешаться железобетонным принципом – «все, что нас не убивает, делает нас сильней».
Столичные власти заявили, что к 2012 году Москва будет приспособлена к нуждам инвалидов на уровне цивилизованных европейских стран.
В 2001 году Москва приняла закон о приспособлении городской среды. Ездили за опытом в Берлин. Немцы уверяли: быстрее чем за 15 лет решить такую задачу в большом городе невозможно.
Но перемены к лучшему в столице есть. В городе введено жесткое правило: ни один объект не может строиться без приспособления среды к нуждам инвалидов.
А вот  метро, особенно станции глубокого пролегания, действительно малопригодны для колясочников. К тому же некоторые являются объектами культурного наследия, где не всякое вмешательство допустимо. А вот наземный общественный транспорт столица закупает только низкопольный.
Как у них?
Созданием и поддержанием безбарьерной среды для людей с ограниченными физическими возможностями на уровне Евросоюза занимается специальная комиссия, которая создает соответствующие регламенты, обязательные для всех стран­членов ЕЭС. Они однозначно должны соблюдаться при новом строительстве и по возможности реализовываться при реконструкции старых объектов.

По материалам газеты «МК в Туле», №21

Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn