«Когда летел в Киев, думал лишь об одном: «Спасут ли мою руку? пришьют ли все пальцы?»


— Меня до сих пор мучают вопросы: «Как это произошло? Как рука попала под нож машины, которая режет бумагу?» — с дрожью в голосе говорит Назар из Ивано-Франковской области. — Я же год на ней работаю. Чтобы разрезать стопку бумаги, нужно сначала ее прижать, затем нажать две кнопки, которые находятся в разных местах. Это можно сделать одновременно только двумя руками. И лишь затем в действие приходит нож, то есть в опасной зоне находится исключительно бумага. А тут я придерживал стопку — и вдруг резкая боль. Я видел, что лезвие ножа полоснуло по моей левой кисти… Сразу побежал в кабинет, где находились другие сотрудники. Хорошо, что они еще были на работе, ведь все произошло 6 мая, в предпраздничный день. Коллеги наложили жгут ниже локтя, чтобы остановить кровотечение, вызвали «скорую», которая приехала буквально через две минуты. Меня повезли в областную больницу Ивано-Франковска.

Не растерявшись в этой ситуации, коллега Назара положил отрезанные пальцы в чистый пакет и отдал их врачам «скорой».

* Этот снимок сделан прямо в операционной сразу после того, как Назару пришили пальцы

— Оказывается, нож рубанул так, что четыре пальца держались вместе на верхушке кисти, а от большого отрезало ногтевую фалангу, — продолжает Назар. — В больнице мне обработали рану, ввели дополнительные обезболивающие препараты. И вдруг кто-то сказал: «Сейчас на самолете отправим тебя в Киев». Мы даже не знаем, кто все это организовал.

Признаюсь, это был мой первый полет. Смотрел вниз на землю и думал только об одном: «Спасут ли мою руку?» Честно говоря, очень надеялся на то, что пришьют все пальцы. В нашем селе есть мужчина, который несколько лет назад отсек себе четыре пальца, но ему все пришили, и рука восстановилась! Вот о нем я и думал по дороге в столицу. В Киеве меня сразу забрали в операционную. Когда пришел в себя после наркоза, тут же посмотрел на пострадавшую руку: она была перебинтована, как сейчас, но я видел все пальцы. Это меня обрадовало, однако кисть казалась какой-то чужой. Оперировавший хирург зашел меня проведать, потрогал за пальцы, и я почувствовал прикосновения!

«Ты не переживай,но Назар отрезал кисть»

В палате столичного института Назар находится вместе с женой. Кристине разрешили быть рядом с мужем, чтобы ему было легче морально, да и без посторонней помощи мужчина пока не обходится.

— О случившемся мне сообщил по телефону крестный мужа, — рассказывает Кристина. — Наверное, никогда не забуду эту фразу: «Ты только не переживай, но Назар отрезал кисть». Я поехала в больницу. Муж не терял сознание, но был страшно бледным. Наши областные врачи связались с коллегами из Киева, уточнили у них, как правильно перевозить отрезанные пальцы.

— Меня тоже спрашивали, согласны ли мы ехать в Киев, — добавляет Роман Романович, крестный Назара. — Естественно, я сразу сказал «да», ведь нужно было использовать малейший шанс, чтобы спасти руку. Тогда врачи сообщили: «Вопрос транспорта решается». Даже представить не мог, что речь идет о самолете, а не о «скорой» или машине. Сам попытался узнать, есть ли рейсы до Киева. Но из Ивано-Франковска в столицу самолет летает один раз в день, и то лишь утром.

— Несколько месяцев у нас работает программа, согласно которой тяжелых больных мы можем доставить во Львов или Киев на вертолете, — объясняет заместитель главного врача по хирургической работе областной больницы Ивано-Франковска Андрей Яворский— В день, когда пострадал Назар, вертолет находился на ремонте. Главный врач нашей больницы Остап Грищук обратился к губернатору области Михаилу Вышиванюку и начальнику областного управления здравоохранения Николаю Олинийчуку. Они в свою очередь связались со спасательными службами, и те выделили самолет. Пока мы договаривались о доставке Назара в Киев, выяснилось, что ни в Борисполе, ни в Жулянах, куда в результате приземлился самолет, не было машины, которая от трапа доставила бы пациента в клинику. Свой реанимобиль прислала медицинская фирма «Борис», с которой мы созвонились, а все расходы оплатила администрация нашей области.

Мама Назара узнала о случившемся уже после восстановительной операции

— С 1991 года это первый случай, когда пострадавшего доставили к нам самолетом, —говорит заведующий отделением восстановительной микрохирургии и трансплантации тканей Национального института хирургии и трансплантологии имени А. А. Шалимова заслуженный врач Украины Александр Резников. — Уверен: если бы Назара везли на автомобиле, вряд ли удалось бы успешно пришить ему пальцы.

Около года назад «ФАКТЫ» рассказывали историю молодого мужчины, обе ноги которого были оторваны. Когда его доставили в клинику Шалимова, с момента травмы прошло более 12 часов. По всем показателям конечность пришивать уже не имело смысла. Однако хирург, опираясь на свой большой опыт, решил рискнуть. И оказался прав: нога прижилась. Но чаще такие ситуации заканчиваются ампутацией восстановленного сегмента.

*Александр Резников: «Нож полоснул мужчину посередине ладони, зацепив и фалангу большого пальца. Восстановление осложнилось тем, что в детстве Назар отморозил руки, из-за чего сузились сосуды конечностей. Несмотря на это, уверен: вскоре парень сможет
работать рукой»

— Пальцы могут находиться в состоянии ишемии (не снабжаться кровью и кислородом) в течение суток, кисть — не более 12 часов, —продолжает Александр Резников. — Время считается с момента травмы до той секунды, когда в пришитом сегменте вновь появляется кровообращение, а не до момента доставки в клинику. Назара привезли к нам спустя семь часов после случившегося, и у дежурного хирурга оставалось время для проведения восстановительной операции. Нужно отметить, что по дороге наши ивано-франковские коллеги грамотно оказывали помощь пострадавшему, поэтому его не пришлось выводить из состояния болевого шока, а можно было приступать к операции. Кроме того, отсеченные сегменты правильно упаковали: пальцы укутали стерильной салфеткой и поместили в пакет, который в свою очередь опустили в емкость, наполненную холодной водой с кусочками льда.

— Я с крестным Назара ждала хирурга в палате, — говорит Кристина. — Восемь часов мы молились за то, чтобы у врачей получилось восстановить руку моего мужа. Когда врач, выйдя из операционной, сказал, что все прошло удачно, но в течение ближайших десяти дней ситуация будет критической, я расплакалась.

— Даже после обнадеживающих слов врача мне не стало легче, — добавляет Роман Романович. — Лучше бы этого вовсе не случилось…

Мама Назара, которая работает за рубежом, узнала обо всем только после операции. Кристина ей рассказала по телефону. Невестке пришлось повторить всю историю несколько раз — мама никак не могла поверить в то, что все это правда.

— Сразу после восстановительной операции мы давали 50 процентов, что блок из четырех пальцев восстановится, и только 30 — большому пальцу, — объясняет хирург отделения Ярослав Огородник, который и пришил отсеченные сегменты. — Спустя неделю эти показатели увеличились: 90 процентов для четырех пальцев и 60 — для большого. Сейчас мы уверены — когда все заживет и Назар пройдет реабилитацию, он будет работать левой кистью так же, как и до травмы.

«Пришитый сегмент, который длительное время был охлажден, прямо на операционном столе обкладываем согревающими салфетками»

— Нож полоснул кисть Назара прямо по артериальной дуге, от которой отходят сосуды к каждому пальцу, — объясняет Александр Резников. — Невозможно было сшить эту дугу, а без нее никак не обойтись. Хирургу пришлось развернуть соседний сосуд таким образом, чтобы сформировать дугу.

— Сначала мы пришили блок пальцев — соединили все структуры: пястные кости, сухожилия, сгибатели и разгибатели пальцев, три артерии, четыре вены и три нерва, —продолжает Ярослав Огородник. — Пришитый сегмент, который длительное время был охлажден, прямо на операционном столе обкладываем согревающими салфетками и сразу видим, как пальцы розовеют, теплеют… Для восстановления отсеченной фаланги большого пальца тоже потребовалась кропотливая работа, ведь возле ногтя находятся наиболее мелкие сосуды. Все восемь часов операции работали под микроскопом. Для нас очень важно было восстановить именно большой палец, так как на него приходится 50 процентов трудоспособности кисти человека. Без него невозможно что-то взять в руку, даже ложку до рта трудно донести.

— Оказалось, что Назар в детстве отморозил руки, из-за чего все его сосуды стали суженными, — добавляет Александр Резников. — Такое состояние ведет к недостаточному кровообращению в конечностях и может спровоцировать осложнение в пришитых пальцах. Чтобы этого избежать, было назначено дополнительное лечение.

*Ярослав Огородник: «В каждом пальце Назара сейчас
стоят по две металлические спицы. Недели через две
мы их уберем, и тогда наш пациент будет активнее
разрабатывать кисть»

— Сейчас кисть Назара укреплена десятью металлическими спицами — по две в каждом пальце, —говорит Ярослав Огородник. — Недели через две, когда мы их уберем, мужчина сможет разрабатывать руку гораздо активнее. Но уже сейчас здоровой рукой ему нужно разгибать и сгибать пришитые пальцы, чтобы не застаивались суставы, не формировались сращения — контрактуры.

— Все еще боюсь притрагиваться к своим пальцам — могу только шевелить, хотя это дается с большим трудом, — признается Назар. — Кристина несколько раз в день занимается со мной, разрабатывает пальцы. Понимаю, что должен делать это сам, но пока не могу перебороть страх. Такой шок пережил!

— К сожалению, нам не раз приходилось иметь дело со случаями, когда врачи на месте пытались пришить оторванную конечность, не имея опыта подобных операций, —добавляет Александр Резников. — В итоге теряли время, а больной поступал к нам, когда уже ничего нельзя было исправить — лишь ампутировать отмирающий сегмент. Сейчас врач Ивано-Франковской областной больницы каждый день по телефону справляется о состоянии Назара, узнает, сможет ли он работать пальцами, искренне переживает за пациента.

— Несколько наших врачей на конференциях слушали доклады столичных микрососудистых хирургов, поэтому знали, куда нужно направить пострадавшего, с кем созвониться, —говорит Андрей Яворский. — К сожалению, в нашей больнице нет оборудования, которое позволило бы выполнять подобные операции. Но ведь мы должны помогать людям, получившим такие серьезные травмы, поэтому решили создать у себя возможности для быстрой транспортировки больных. Эту инициативу поддерживает губернатор области. Он интересуется и понимает важность улучшения системы оказания медицинской помощи в нашей области. Назар — второй пациент, которого мы отправили в Киев. Первым был мальчик с болезнью крови. Он нуждался в срочной операции. Совсем не оставалось времени ждать… Такие ситуации происходят нечасто — одна-две в год. Но у нас всегда должна быть возможность воспользоваться самолетом или вертолетом ради спасения человека.

— Я думал, что так относятся только к богатым людям, которые готовы все оплатить, —говорит мне на прощание Назар. — Даже не представлял, что ради простого жителя Украины, такого как я, вызовут самолет, поднимут лучших врачей страны. До сих пор никто даже не заводил разговора о деньгах. Мы не платили ни за операцию, ни за лекарства, ни за перелет и «скорые»… Удивительно.

 

Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn

1 комментарий к “«Когда летел в Киев, думал лишь об одном: «Спасут ли мою руку? пришьют ли все пальцы?»

Оставить комментарий