Я хочу работать

Лишившаяся ног молодая женщина живет в центре социальной адаптации (ЦСА), не верит в чудеса, не ждет ни от кого помощи, но хочет приносить людям хоть какую-то пользу.
Об Алие Абеновой директор ЦСА Сапаргали Даулетов говорит так: «Разные тут люди лежат. В основном пожилые. Но ее жалко — ей всего тридцать пять лет». Вместо двух здоровых ног Алия ходит на коленях. Ниже колен — обрубки, оставшиеся после ампутации.

Золушка без феи

3 мая Алия Абенова поступила в ЦСА из БСМП. Там ей ампутировали ноги, которые она отморозила на улице. С трудом сдерживая слезы, Алия рассказывает, как складывалась ее жизнь.

— Я родилась в селе Астрахановка Кобдинского района. Мать бросила меня, когда мне было 2 года. Отец женился на другой, и мачеха меня невзлюбила.

В школу Алия почти не ходила, закончила всего три класса. Мачеха избивала девочку, не позволяла ей есть досыта. А отец, точно как в сказке про Золушку, во всем слушался новой жены и по ее требованию не обращал внимания на дочь.

Так Алия жила, пока мачеха окончательно не выжила ее из дома. Девушка поселилась в городе, у Лизы Абеновой, родственницы отца. Устроилась на работу дворником в ТОО «Акжол», трудилась и чувствовала себя более или менее хорошо.

В 2011 году Алия стала жить незарегистрированным браком с мужчиной по имени Александр Шин. Но тут ее уже не приняла семья «мужа», и женщину выгнали зимой из дома. Назад ни в одну семью она пойти не посмела.

Алия жила, вернее, выживала в колодцах, на трубах с горячей водой, перебивалась подачками на вокзале. Был один светлый момент на фоне этого ужаса — как-то ее подобрал какой-то добрый человек, отвез к себе домой, обогрел, велел жене покормить беднягу, дал немного денег. О нем Алия помнит с благодарностью.

— Я тогда пила и курила, — признается она. — Насобираю немного денег — куплю водки и курева… А как не пить, когда внутри все дрожит от обиды?

Будучи раз рядом с железной дорогой, она хотела броситься под поезд. Не дали.

Так или иначе, зимние приключения кончились для женщины печально. Она отморозила ноги, попала в одну больницу, в другую, а потом и в ЦСА.

Я хочу работать

— Бросила и пить, и курить. Не хочу больше. Хочу делом заниматься.

Алия сидит на кровати, свесив обрубки ног, на которые, чтобы не расплющить коленные чашечки, привязаны самодельные шины. Из обитателей ЦСА она, должно быть, самая молодая, и отлично понимает, что может провести долгие годы без смысла, как сорняк. В октябре ей присвоят инвалидность, которая даст ей право на пенсию и оправданное безделье.

Только сама она не желает дожидаться пенсии, чтобы ничего не делать на законных основаниях. Алия хочет работать и хоть как-нибудь быть полезной окружающим. «Я согласна шить, согласна освоить компьютер, только не сидеть целыми днями вот так», — говорит она.

Это подтверждает и директор ЦСА:

— Алия постоянно просит то отнести ее на кухню — чистить картошку, то не уследишь — она уже взяла тряпку и моет полы. Она явно не тунеядка, как это часто бывает среди бездомных. И тяги к алкоголю мы за ней не замечаем. Ей бы коляску, чтобы не ходила на коленях, и ручную швейную машинку. Пусть хотя бы рукавицы шьет. Ведь она такая молодая — и что, ее жизнь на этом закончена?

Редакция обращается ко всем своим читателям — в ЦСА с радостью примут инвалидную коляску или швейную машинку. Если у вас есть возможность, помогите Алие Абеновой подняться с колен и стать полезной для общества.

Шолпан ТУЛЕУЛОВА
Источник

Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn