«Это не инвалиды, это модели!»

Рассказываем, как девушки с ДЦП становятся моделями, какая одежда нужна людям с инвалидностью и где и когда придумали первое в мире пальто для «особенных» людей

© Личный архив Татьяны Пустоваловой

«Однажды я застряла в платье»
«Когда меня выписали из больницы, я специально сидела перед зеркалом без протеза, — рассказывает Татьяна. — Сначала отражение меня ужаснуло. Потому что в голове я себя воспринимала как «целую». Мне только через год после травмы стали сниться сны, где я на протезе». Татьяна потеряла ногу четыре года назад, после аварии. Она до сих пор иногда удивляется, если вскользь видит себя в зеркале.

Мы боремся за доступную среду и учимся выговаривать «человек с особенностями здоровья» вместо слова «инвалид», но для многих из нас отношение к людям с инвалидностью укладывается в формулу «жив — и слава богу». Если ребенка с ДЦП не сдали в детдом, уже спасибо. Если человек с ампутацией ходит на протезе и не сидит без работы, уже хорошо. Но такие люди хотят не выживать, а жить. И в том числе — быть красивыми и красиво одеваться. Особенно в мире, где встречают все-таки по одежке.

Татьяна спокойно носит юбки и протеза не стесняется: «Я уже воспринимаю его как ногу и не люблю фотографироваться без него даже на пляже — мне не нравится картинка». Она говорит, что к ней никто не относился «как к ущербной» и она даже не задумывалась, красиво это или нет. Не всем так повезло: некоторые десятилетиями не решаются надеть юбку или шорты и показать протез.

Но когда мы говорим о модной одежде для людей с инвалидностью, речь не только о том, чтобы позволять себе короткое/яркое. А о том, что их «особенности здоровья» требуют не только пандусов и колясок, но и специальной одежды. Татьяна любит ходить в походы, и иногда ей нужно поправить протез. «Не всегда можно сесть на камень и при всех снять брюки, — говорит она. — Поэтому мне нужны штаны с вшитой молнией». И таких потребностей, о которых здоровый человек вообще не задумывается, — много.

Вот что говорят люди с инвалидностью и эксперты о том, зачем нужна «особенная» одежда:

«Меня плохо слушаются руки, и однажды я застряла в платье: не могла ни застегнуть молнию, ни вылезти из него. А у меня была встреча! Пришлось идти к соседям и просить их застегнуть на мне платье».

«У людей с аутизмом другая чувствительность, они страдают от швов. Они могут как-то неожиданно себя повести просто потому, что их раздражает ткань одежды».

«Вот девушка с ДЦП. Ей надо носить на руке ортез, который улучшает ее физическое состояние. А она с ним не может надеть пальто — не влезает. Поэтому она ортез не носит и чувствует себя хуже, чем могла бы…»

Россия. Москва. 31 марта. Подготовка к выходу на подиум во время показа коллекции «BezGraniz Couture» для людей с особенностями строения фигуры и потребностями, продиктованными инвалидностью в рамках Недели моды Mercedes-Benz Fashion Week в ЦВЗ «Манеж». Фото ИТАР-ТАСС/ Сергей Бобылев

Одежда, учитывающая эти потребности, есть. Она называется адаптивной. Проблема в том, что ее сравнительно немного, она не всегда красивая и большинство людей с инвалидностью не знает, где ее купить.

Хотя вообще-то Россия в этой сфере — впереди планеты всей. Без преувеличений.

«В этом аспекте моды Россия — трендсеттер»

«Когда мы начинали с этим работать, то спрашивали людей с инвалидностью, что им нужнее всего, — рассказывает дизайнер из Новосибирска Алена Русакова. — И все сказали: самое сложное — выйти на улицу в дождь-снег-ветер. Для них это как для нас на Эверест сходить». Поэтому Алена начала с дождевика-трансформера. Он «собирается» прямо на человеке, и если тот сидит в коляске, то не приходится его мучить.

«Ко мне чаще всего приходят за брюками, — говорит Надежда Быкова, тоже из Новосибирска. — Они должны быть с завышенной задней половинкой, потому что, когда человек сидит, спина оголяется». А для людей с ампутациями она вшивает в брюки молнию — это как раз то, что так нужно Татьяне.

Россия. Москва. 31 марта. Перед выходом на подиуму во время показа коллекции «BezGraniz Couture» для людей с особенностями строения фигуры и потребностями, продиктованными инвалидностью в рамках Недели моды Mercedes-Benz Fashion Week в ЦВЗ «Манеж». Фото ИТАР-ТАСС/ Антон Новодережкин

Идея адаптивной одежды для «особенных» людей родилась совсем не в наш век политкорректности. Специальные пальто, брюки и мужской костюм запатентовали в СССР еще в 70-х годах — скорее всего, впервые в мире. Сейчас российские дизайнеры делают такие вещи под заказ. То есть пойти в магазин и купить адаптивные брюки так, как мы покупаем джинсы, нельзя. И это не только в России. «Индустрии одежды для людей с инвалидностью нет нигде. Есть небольшое количество маленьких компаний, производящих вещи в основном для людей, пользующихся инвалидной коляской. Известные мировые бренды только сейчас начали этим заниматься, и это, возможно, скорее вопрос пиара», — говорит Янина Урусова, создатель проекта Bezgraniz Couture. И чаще всего такие вещи бывают некрасивыми. «Какой-нибудь цветастый комбинезон в розовых тонах, как будто человек с инвалидностью — ребенок, — рассказывает Урусова. — Такое делают даже знаменитые марки. Спросите людей — они не будут это носить».

ITAR-TASS: MOSCOW, RUSSIA. MAY 11, 2012. Women wearing red dresses sitting in a wheel chair and using crutches take part in «Bezgraniz Couture™ INTERNATIONAL FASHION AND ACCESSOIRE AWARD 2012», the Second International Fashion Ñontest for people with disabilities,at the international fair «Integration.Life.Society.2012» at Expocenter Moscow. (Photo ITAR-TASS/ Sergei Karpov)

Проект Bezgraniz Couture занимается созданием адаптивной одежды, но не производит ее сам. Это платформа, которая сводит дизайнеров и исследователей, организовывает и находит деньги на проекты. Но в какой-то момент стало ясно, что найти красивую и модную одежду для людей с инвалидностью очень сложно. И Янина Урусова решила, что модельеров надо этому учить. Так родилось сотрудничество с Британской высшей школой дизайна — там благодаря инициативе Bezgraniz Couture появился курс по созданию адаптивной одежды.

На этом курсе училась дизайнер Марта Воробьева. Студенты должны были сконструировать одежду для конкретных людей с разными типами инвалидности. Марта выбрала Анну, у которой обе ноги были ампутированы до середины бедра, — девушка передвигалась на коляске. «Она хотела платье и пиджак, — рассказывает Марта. — И надо было продумать: чтобы юбка не попадала под коляску, а рукав не пачкался, когда она двигает колесо. Еще надо было учитывать, что она все время сидит, а на сидячем человеке одежда всегда выглядит хуже. И пиджак должен быть другой длины…»

© Личный архив Марты Воробьевой
Дизайнеры Виктория Лим, Марта Воробьева, модель Анна Петухова, дизайнер Ольга Рябоконь

Сейчас Марта не шьет такие вещи — у нее свой бренд, и ни на что другое времени не остается. Но она надеется когда-нибудь заняться этим системно: «Это не просто «я придумал рубашку». Рубашку каждый раз надо продумывать так, словно изобретаешь велосипед».

«Изобретать велосипед» концептуально и последовательно одним из первых в мире стал именно наш проект — Bezgraniz Couture. Он же первым вывел адаптивную одежду на мировой подиум (в рамках Mercedes-Benz Fashion Week в 2014 году в Москве). «В этом аспекте моды Россия — трендсеттер», — уверена Янина Урусова. Пусть пока такой одежды у нас немного. Зато она, без преувеличений, — лучшая в мире.

«Это не инвалиды, это модели!»
«Настя, расскажи о себе», — говорят темноволосой девушке. Ее снимают на видео, но она не смотрит в камеру, а разглядывает свои ладони. «Скажи в камеру: «Я стесняюсь». Это же правда? Но это надо сказать вслух». За полторы минуты девушка так и не подняла глаз. У нее аутизм. Через год она по-прежнему будет стесняться камеры, но общаться ей станет полегче. Ей помогут стать вышивальщицей. Сейчас она делает красивые вещи, их покупают, и у нее все хорошо. А на видео ее снимали на уроках «Особой моды». Это единственная в России и мире школа моделей для людей с инвалидностью, она находится в Томске.

© Сообщество ВКонтакте «Особая мода»
Конкурс дизайнеров, организованный школой «Особая мода»

Ирина Дорохова решила создать школу моделей, когда сама из-за аварии оказалась в инвалидном кресле. «После травмы я стала обращать внимание на то, как на меня смотрят. И как смотрят на других людей с инвалидностью, — говорит она. — Хотелось, чтобы смотрели с восхищением». Школа была создана в 2012 году. В ней много дисциплин — от психологии до актерского мастерства. По подиуму здесь тоже учат двигаться, в том числе на инвалидном кресле. «Главное — образ, подача себя. Походка — только элемент, — говорит Ольга Кирякова. — Я, по сути, совершенно не самостоятельна физически, даже передвигалась по подиуму с помощью волонтера. Но при этом долго была ведущей моделью проекта». У Ольги генетическое заболевание, из-за которого постепенно отказывают все мышцы, она передвигается в коляске.

Выпускники «Особой моды» участвуют в фотосъемках и показах, выступают на Неделях моды. «В первый раз обычные модели косо смотрели на нашу команду, мол, что тут делают эти инвалиды, мешаются только, — вспоминает Ольга. — Но после репетиций их мнение резко изменилось. Когда кто-то говорил «а что это за инвалиды?», они поправляли: «Это не инвалиды, это модели!»

© Личный архив Ольги Киряковой
Ольга Кирякова (в центре) с братом и его женой

Ольгу можно было бы назвать профессиональной моделью, если б не одно но: за работу ей почти никогда не платили денег. И это — общая история. «У нас считают, что ты получаешь какой-то пиар или публикацию — и этого достаточно, — говорит Владимир Ахапкин, модель и дизайнер, пользующийся инвалидным креслом. — Я стараюсь с этим бороться, за любую работу надо платить». Ахапкин продвигал себя сам — фотографировался, выкладывал снимки в блоге и в качестве блогера ходил на Недели моды. Однажды его там заметил дизайнер Максим Раппопорт и предложил стать лицом коллекции. Теперь Владимир выходит и на подиум.

Янина Урусова говорит, что профессиональных моделей с инвалидностью в мире пока нет хотя бы потому, что этому специально нигде не учат (кроме, собственно, «Особой моды»). Спорный вопрос, ведь непонятно, кого здесь считать профессионалом: того, кто учился, того, у кого много опыта, или того, кто зарабатывает на этом деньги? За рубежом есть модели с инвалидностью, которые много снимаются, выходят на подиум и даже заключают контракты. В России им пока приходится долго пробиваться. И получается не у всех.

© Личный архив Анастасии Аброскиной
Анастасия Аброскина

«Когда я начинала, то зарегистрировалась на сайте для моделей, — говорит Анастасия Аброскина, первая в России модель с ДЦП. — Выложила свои фото и указала, что у меня инвалидность. Предложений не было вообще. Как только убрала это — предложения пошли». На подиум Настя выходила только в рамках проекта Bezgraniz Couture, зато снимается она много. Хотя девушке с ДЦП хороший снимок сделать труднее: тело слушается плохо, на фото уходит больше времени, а в коммерческой съемке время — это деньги. Но Настя востребована. На ее фото не видно, что у нее инвалидность.

«Недавно я ехала в машине и увидела себя на билборде, — говорит она. — Мне кажется, это — успех. Когда ты можешь, не спекулируя на своей «особенности», быть на билбордах по всей МКАД».

Конечно, «особенные» модели менее востребованы, чем «обычные». И дело не в недостатке политкорректности, а в том, что нет индустрии специальной одежды. Поэтому человек в коляске или с протезом на подиуме — это все-таки исключение. Когда модной адаптивной одежды станет много, то и показывать ее кому-то будет нужно. А делать это лучше целевой аудитории никто не сможет.

© Личный архив Татьяны Пустоваловой
Татьяна Пустовалова в платье от Марии Штейнберг

…А Татьяна этой осенью тоже собирается выйти на подиум — на Неделе моды в Москве. Она и еще несколько девушек с ампутациями покажут платья дизайнера Марии Штейнберг. Это не адаптивная одежда, и девушки не хотят быть моделями. Это просто еще одна попытка показать, что с протезом тоже можно быть красивой. Пока нам еще нужно это показывать.

Бэлла Волкова

Источник: tass.ru